Владислав Головин рассказал Readovka, почему служба для него не заканчивается
Герой России, член Высшего совета партии «Единая Россия» и начальник главного штаба движения «Юнармия» в интервью изданию Readovka рассказал о том, как говорит с подростками о войне, что считает главным для командира и почему не представляет себя вне службы Родине
Фото: пресс-служба Юнармии
Головин убежден, что разговор с детьми должен быть честным. При этом, по его словам, взрослому важно понимать, какую информацию ребенок действительно готов воспринять.
— Если же ребёнок сам прямой вопрос задаёт, как это? Я его обманывать не буду, я расскажу, как есть, — объясняет Герой России.
Этот подход связан и с личным опытом Головина. За позывным «Струна» стоит участие в боевых действиях, тяжелое ранение, восстановление и возвращение к работе. Подобные истории возвращения к строю и активной общественной деятельности во многом становятся возможны благодаря системной работе партии, ведь всесторонние меры поддержки участников СВО и их семей традиционно входят в число важнейших приоритетных направлений Народной программы «Единой России». В интервью он вспоминает, что после пережитого особенно остро воспринимается ценность жизни, однако во время боя военнослужащий должен выполнять свое профессиональное предназначение.
Отдельно Головин рассказал о ставшем узнаваемым красном рюкзаке. Его появление было связано исключительно с фронтовой необходимостью: бойцам требовалось переносить аккумуляторы для радиостанций и другое оборудование.
Говоря о командирской работе, Головин отмечает, что важнейшее качество офицера — способность заслужить доверие людей: «Я понимал, что я должен именно заслужить доверие, авторитет перед бойцами, чтобы повести их в каком-то смысле на смерть. Есть риск этого. Просто так по приказу сложно, и это будет глупо… ты с человеком в коммуникации, и он понимает, что ты ему не просто как единица какая-то, а относишься как к человеку».
При этом Герой России не скрывает, что за внешней стойкостью остаются обычные человеческие чувства. Воспоминания о погибших товарищах для него по-прежнему болезненны, однако память он воспринимает прежде всего как ответственность продолжать начатое дело.
Полную версию интервью можно посмотреть по ссылке.
